Follow by Email

четверг, 7 июля 2011 г.

Одиночество и лидерство. Часть 1.

Перевод большой статьи про лидерство http://www.theamericanscholar.org/solitude-and-leadership/

Буду благодарен за обсуждение.

---------------------------------------------------------------

Если вы хотите вести за собой других, научитесь оставаться наедине со своим мыслями

Заголовок может показаться противоречивым. Что общего одиночество может иметь с лидерством? Одиночество значит находиться одному, а лидерство неизбежно влечет за собой присутствие остальных – людей, которых ведешь за собой. Когда мы думаем о лидерстве в американской истории, мы, вероятно, вспоминаем Вашингтона во главе армии или Линкольна во главе народа или Кинга во главе движения – людей с огромным количеством народа за спиной, который ждет их указаний. А когда мы думаем об одиночестве, мы склонны представлять себе Торо, человека, который жил один в лесу, вел дневник и общался с природой без слов.

Лидерство - это то, чему вы должны здесь научиться, качество характера и разума, которое поможет вам командовать взводом и, более того, возможно, ротой, батальоном, или, если вы уйдете с военной службы, корпорацией, учреждением, департаментом правительства.

Одиночество – это то, что вы здесь вряд ли испытаете, особенно на первом курсе. Здесь вам невозможно будет побыть одним, не будет возможности просто физически побыть одним, не говоря уже об одиночестве, способности побыть наедине с мыслями. И, тем не менее, я доношу до вас, что одиночество – один из важнейших факторов истинного лидерства. В своей лекции я попытаюсь объяснить почему.

Нужно начать с разговора о том, что же на самом деле означает лидерство.
Дело в том, что я преподавал 10 лет в другом учреждении, похожем на Уэст-Пойнт, в котором много любили разговаривать о лидерстве – Йельском университете. Учебное заведение, в которое некоторые из вас могли бы пойти, если бы не пошли сюда, в котором, возможно, обучаются ваши друзья. И если не в Йельском, то в Гарварде, Стэнфорде, МТИ и т.д.
В этих учреждениях, как и в Уэст-Пойнте, основное внимание уделяют обучению лидеров, здесь, как и в Уэст-Пойнте, в студентах постоянно поддерживают лидерские качества среди сверстников и воспитывают из них будущих предводителей общества.
И действительно, если посмотреть на американскую элиту, людей, стоящих во главе  правительства, бизнеса, академий и всех наших крупных учреждений – сенаторов, судей, исполнительных директоров, ректоров и т.д. – мы обнаружим, что в большинстве случаев это выпускники «Лиги плюща» и равных ей учреждений или военных училищ, особенно Уэст-Пойнта.

Поэтому я начал размышлять , как меня учили в Йельском университете, из чего же на самом деле складывается лидерство. Мои студенты, как и вы, были энергичны, талантливы, умны и часто ужасно честолюбивы, но было ли этого достаточно, чтобы стать лидером?

Большинство из них, которых я любил и которыми даже восхищался, конечно, не казались мне лидерами. Я задавался вопросом, означает ли быть лидером просто быть талантливым, быть успешным? Можно ли стать лидером, учась на отлично? Я так не думал. Велики кардиохирурги или великие романисты или великие бейсболисты могут отлично выполнять свою работу, но это вовсе не значит, что они лидеры. Лидерство и склонность, лидерство и достижение, лидерство и даже мастерство должны быть разными вещами, иначе понятие лидерства не будет иметь значения. И мне казалось, что особенно это верно в отношении того вида мастерства, который я видел в окружающих меня студентах.

Понимаете, многое изменилось с тех пор, как я ходил в колледж в 80-х годах. Все стало намного напряженней. Необходимо сделать гораздо больше, чтобы попасть в престижную школу, например, Йельский университет или Уэст-Пойнт, и начинать готовиться нужно намного раньше. Мы начинали думать о колледже только в последних классах школы, и, возможно, мы ходили на парочку дополнительных занятий. Но я знаю, как сейчас обстоят дела у вас. Это бесконечная череда требований, которые надо выполнять, начиная, возможно, еще с младшей средней школы. Уроки, стандартные тесты, дополнительные занятия в школе и вне ее. Курсы по подготовке к тестам, тренеры по учебной работе, частные репетиторы. Пару лет назад я был членом приемной комиссии в Йельском университете.

При представлении дела членам приемной комиссии руководитель сначала зачитывал список факультативных занятий студента. Оказывалось, что студент с шестью-семью факультативными занятиями уже не рассматривался, так как брали тех, кто, наряду с отличными оценками и высокими баллами, обычно имел 10 или 12 занятий.

Потому меня окружали великие дети, которых учили отвечать требованиям мирового масштаба. Они могли достичь любой поставленной перед ними цели. Они могли успешно выполнить любой тест. Они были, как выразилась одна из них, «отличными овцами». Я не сомневался, что они продолжат в том же духе и поступят в Гарвардскую школу бизнеса или Мичиганскую школу права или медицинскую школу Джонса Хопкинса или Goldman Sachs или консалтинговую фирму McKinsey или еще куда-нибудь. С таким подходом они и правда далеко пойдут. И на 25-летие выпуска вернутся уже в качестве партнера в White & Case или врача-ординатора массачусетской больницы или помощника секретаря госдепартамента.

Вот что имеют в виду такие учреждения, как Йельский университет, когда говорят о воспитании лидеров. Об обучении людей, которые делают им имя во всем мире, людей с впечатляющими должностями, людей, которыми университет может похвастаться. Людей, которые добираются до самого верха. Людей, которые в состоянии взбираться по скользкому столбу любой иерархии, к которой они решат примкнуть.

Но я считаю, что в этом понятии есть нечто страшно неправильное и даже опасное. Чтобы это объяснить, я хочу остановиться несколько минут на романе «Сердце тьмы», который многие из вас, вероятно, читали. Если вы его не читали, то, вероятно, видели фильм «Апокалипсис сегодня», снятый по мотивам этой книги. Марлоу из книги становится капитаном Уиллардом, которого сыграл Мартин Шин. Курц из романа становится полковником Курцом, которого сыграл Марлон Брандо. Но роман вовсе не о Вьетнаме; он повествует о колониализме в бельгийском Конго за три поколения до Вьетнама. По заданию компании, управляющей государством по уставу от имени бельгийской короны, Марлоу, не военный офицер, а моряк, капитан гражданского судна, отправляется верх по реке Конго, чтобы забрать агента, скрывающегося в джунглях начавшего беспредельничать, как полковник Курц в фильме.

Сейчас все знают, что роман об империализме и колониализме и расовых отношениях и тьме, лежащей в человеческом сердце, но мне стало в определенной степени ясно в процессе преподавания романа, что он также повествует и о бюрократии – то, что я минуту назад назвал иерархией. Компания, в конце концов, представляет собой следующее: компанию с правилами, процедурами, рангами, людьми у власти и людьми, стремящимися к власти, как при любом другом бюрократизме. Как крупная юридическая фирма или департамент правительства или, если уж на то пошло, университет. Как бюрократия, а именно поэтому я и говорю вам все это, к которой вы хотите присоединиться. Слово бюрократия имеет негативную коннотацию, но, не критикуя, а просто описывая, говорю, что армия США бюрократична, это одна из самых крупных и знаменитых бюрократических бюрократий в мире. В конце концов, именно она дала нам, помимо всего прочего, важное бюрократическое сокращение “snafu” - “situation normal: all fucked up”—или более мягко “all fouled up” (ситуация нормальная, всё в жопе, или ситуация бодрая, идем ко дну). Выражение пришло к нам из армии США времен Второй мировой войны.

Вам нужно знать, что когда вы получите офицерский чин, вы станете членом бюрократии и будете работать в ней в течение всей службы в Армии. Хотя вооруженные силы во многих отношениях отличаются от остальных учреждений общества, в этом отношении они похожи. Поэтому вам нужно знать принцип работы бюрократий, тип поведения – тип характера – который они приветствуют и за который наказывают.

Поэтому вернемся к роману. Марлоу поэтапно продвигается верх по реке, как капитан Уиллард в фильме. Сначала он добирается до Внешней станции. Курц находится на Внутренней станции. Между двумя станциями расположена Центральная станция, где Марлоу проводит больше всего времени и где мы лучше всего видим бюрократию в действии и тип людей, преуспевших в ней. Вот как Марлоу описывает агента Центральной станции, большого босса:

У этого человека была самая обыкновенная физиономия, манеры, голос. Роста он был среднего, сложен пропорционально. Пожалуй, в глазах его весьма обычного цвета было что-то необычно холодное… Иногда губы его складывались как-то странно – было в этом что-то мимолетное, ускользающее: улыбка не улыбка, – я ее помню, но не могу объяснить… Он был самым обыкновенным торговцем и с ранних лет работал в этих краях. Его слушались, однако он не внушал ни страха, ни любви, ни даже уважения. В его присутствии люди ощущали неловкость. Вот именно! Не то чтобы недоверие, а просто неловкость. Вы не можете себе представить, какое значение имеет такая… такая способность вызывать ощущение неловкости. Он не умел организовывать, проявлять инициативу или хотя бы поддерживать порядок…
У него не было ни ума, ни образования. Почему же в таком случае занимал он этот пост?... Ничего нового он не создал: он только поддерживал рутину – и этим дело ограничивалось. Но все-таки он был великим человеком, так как нельзя было угадать, чем можно обуздать его. Этого секрета он так и не выдал. Быть может, он ровно ничего собой не представлял… Такое поведение заставляло призадуматься.

Обратите внимание на слова обыкновенная, пропорционально, обычного. В этом человеке нет ничего примечательного. Где-то на десятый раз прочтения этого отрывка я понял, что это отличное описание человека, который стремится преуспеть в бюрократической среде. И единственная причина, которая навела меня на эту мысль, заключается в том, что меня вдруг осенило – это было точное описание главы бюрократии, в которую я входил, председателя
моего академического департамента, которая имела точно такую же улыбку, как у акулы, и такую же способность вызывать ощущение неловкости, как будто делаешь что-то не так, вот только она никогда не говорила что именно. Как и агент - сожалею, что говорю это, но, как и многие люди, которых вы встретите в процессе преодоления бюрократии Армии или любого другого учреждения, в котором вы в итоге окажетесь после Армии с учетом ваших талантов, будь то Майкрософт или Всемирный банк, глава моего департамента не умела организовывать, проявлять инициативу или хотя бы поддерживать порядок, не имела ни ума, ни образования, ни отличительных качеств. Она только поддерживала рутину, как говорит Марлоу - почему же в таком случае занимала она этот пост?

Это по-настоящему загадка бюрократий. Почему зачастую лучшие люди застревают на средних позициях, а люди, управляющие делами, лидеры, являются заурядными людьми? Потому что мастерство обычно не помогает подниматься по скользкому столбу. Помогает  подняться талант маневрирования. Подхалимаж к людям выше и пинки тем, кто ниже.
Угодите учителям, угодите вышестоящим, выберите могущественного наставника и пользуйтесь его покровительством, пока не наступит время всадить ему нож в спину. Выполняйте все требования. Справляйтесь с делами, двигаясь вперед. Будьте тем, кем люди хотят вас видеть, чтобы, в конце концов, оказалось, что, как у агента Центральной станции, у вас не осталось ничего внутри. Не берите на себя глупый риск, пытаясь изменить ход вещей или задавая ненужные вопросы.  Просто поддерживайте рутину.

Я говорю вам это в качестве предостережения, потому что я обещаю, что вы встретите этих людей и окажетесь в среде, где, прежде всего, вознаграждается конформизм. Я говорю вам это, чтобы вы решили стать лидером другого сорта...

(продолжение следует)

Комментариев нет:

Отправить комментарий